Йога и магия. Древнейшие упоминания слова «йога» в Атхарваведе.

Принято считать , что слово «йога» не встречается в Ведах, по крайней мере в том контексте, к которому мы привыкли, а именно в качестве названия эзотерической системы психопрактик. Однако, и это не совсем так. Сразу скажу, что слова «йога» в абсолютно привычном нам контексте в Ведах действительно еще не встречается. Хотя производные от корня «yuj» использованы многократно. Некоторые исследователи объясняют это тем, что йога практиковалась дравидскими народами и заимствована ведической Традицией у них. Я думаю, что это упрощение. Собственная система эзотерических психопрактик существует в любой культуре. Более того, методы и концепты этих, на первый взгляд разных систем, все равно соприкасаются в силу общности объекта — человеческой психики. Разумеется при смешении культур смешиваются и системы, причем иногда очень причудливо. Поэтому, говорить о «протойоге» Вед вполне корректно. Подробнее можно послушать в моей открытой лекции.
 
Однако, недавно моя уверенность в том, что про йогу еще не говорилось в Ведах, пошатнулась при знакомстве с одним интересным гимном Атхарваведы. Напомню, что Атхарваведа представляла собой собрание текстов, которые мы назвали бы «магическими заклинаниями», в основном, для решения разных прикладных задач.
Приведу сам гимн:
 
índrasyaúja stʰéndrasya sáha stʰéndrasya bálaṃ stʰéndrasya vīryà1ṃ stʰéndrasya nr̥mṇáṃ stʰa / 
 
jiṣṇáve yógāya brahmayogaír vo yunajmi //1// 
 
índrasyaúja stʰéndrasya sáha stʰéndrasya bálaṃ stʰéndrasya vīryà1ṃ stʰéndrasya nr̥mṇáṃ stʰa / 
 
jiṣṇáve yógāya kṣatrayogaír vo yunajmi //2// 
 
índrasyaúja stʰéndrasya sáha stʰéndrasya bálaṃ stʰéndrasya vīryà1ṃ stʰéndrasya nr̥mṇáṃ stʰa / 
 
jiṣṇáve yógāyendrayogaír vo yunajmi //3// 
 
índrasyaúja stʰéndrasya sáha stʰéndrasya bálaṃ stʰéndrasya vīryà1ṃ stʰéndrasya nr̥mṇáṃ stʰa / 
 
jiṣṇáve yógāya somayogaír vo yunajmi //4// 
 
índrasyaúja stʰéndrasya sáha stʰéndrasya bálaṃ stʰéndrasya vīryà1ṃ stʰéndrasya nr̥mṇáṃ stʰa / 
 
jiṣṇáve yógāyāpsuyogaír vo yunajmi //5// 
 
índrasyaúja stʰéndrasya sáha stʰéndrasya bálaṃ stʰéndrasya vīryà1ṃ stʰéndrasya nr̥mṇáṃ stʰa / 
 
jiṣṇáve yógāya víśvāni mā bʰūtā́ny úpa tiṣṭʰantu yuktā́ ma āpa stʰa //6// 
 
agnér bʰāgá stʰa apā́ṃ śukrám āpo devīr várco asmā́su dʰatta / 
 
prajā́pater vo dʰā́mnāsmaí lokā́ya sādaye //7// 
 
índrasya bʰāgá stʰa apā́ṃ śukrám āpo devīr várco asmā́su dʰatta / 
 
prajā́pater vo dʰā́mnāsmaí lokā́ya sādaye //8// 
 
sómasya bʰāgá stʰa apā́ṃ śukrám āpo devīr várco asmā́su dʰatta / 
 
prajā́pater vo dʰā́mnāsmaí lokā́ya sādaye //9// 
 
 
Приблизительный перевод следующий:
 
Блеск (оджас) Индры, Сила Индры, героизм (вирья) Индры, мужественность Индры, 
Для победоносной йоги (соединения) посредством брахманского соединения я соединяюсь с вами.
 
Далее строки повторяются, с заменой «брахманского» соединителя на «кшатрийское», «индровое», «лунное» и так далее.
 
Как можно догадаться, вторая строка каждого из стихов троекратно обыгрывает корень yuj, (тот самый от которого и образовано слово «йога») и его производные. Слово которые я перевел как «йога» можно было бы перевести как «соединение» и это тоже было бы правильно. Как мы помним из этой статьи в санскрите есть три вида формирования значения слов.
 
Но рассмотренный гимн интересен именно тем, что возможно является «недостающим звеном» в формировании термина «йога», как самостоятельного названия некоторой практики или состояния. С одной стороны приведенная в гимне практика является выражено магической, энергетической, связанной с «соединением» с силой божества, «пропусканием» ее через себя, и такая практика уже называется «йогой», с другой стороны объяснение йоги как «соединения» с высшим мы встречаем в десятках поздних текстов.